Христианские идеи

Возникновение христианства и его развитие до раскола

Условия формирования христианства и его идейные истоки

История христианства насчитывает более двух тысяч лет. Наряду с буддизмом и исламом, это одна из трех мировых религий. Около трети жителей планеты исповедуют христианство во всех его разновидностях.

Христианство возникло в I в. н.э. на территории Римской империи. Среди исследователей нет единого мнения о точном месте возникновения христианства. Некоторые считают, что это случилось в Палестине, которая находилась в то время в составе Римской империи; другие предполагают, что это произошло в еврейской диаспоре на территории Греции.

Палестинские евреи на протяжении многих веков находились под чужеземным владычеством. Однако во II в. до н.э. они добились политической самостоятельности, за время которой расширили свою территорию и немало сделали для развития политических и экономических отношений. В 63 г. до н.э. римский полководец Гней Полтей ввел в Иудею войска, в результате чего она стала частью Римской империи. К началу нашей эры и другие территории Палестины потеряли свою самостоятельность, управление стало осуществляться римским наместником.

Утрата политической самостоятельности воспринималась частью населения как трагедия. В политических событиях усматривали религиозный смысл. Распространялась идея божественного возмездия за нарушения заветов отцов, религиозных обычаев и запретов. Это приводило к усилению позиции еврейских религиозных националистических группировок:

  • хасидеи — правоверные иудеи;
  • саддукеи, которые представляли примиренческие настроения, они были выходцами из высших слоев иудейского общества;
  • фарисеи — борцы за чистоту иудаизма, против контактов с чужеземцами. Фарисеи выступали за соблюдение внешних норм поведения, за что их обвиняли в ханжестве.

По социальному составу фарисеи были представителями средних слоев городского населения. В конце I в. до н.э. появляются зелоты — выходцы из низших слоев населения — ремесленников и люмпен-пролетариев. Они высказывали наиболее радикальные идеи. Из их среды выделились сикарии — террористы. Их любимым оружием был кривой кинжал, который они скрывали под плащом — по латыни «сика». Все эти группировки с большей или меньшей настойчивостью вели борьбу с римскими завоевателями. Было очевидно, что борьба идет не в пользу повстанцев, поэтому усиливались чаяния о приходе Спасителя, Мессии. Именно первым веком нашей эры датируется самая древняя книга Нового Завета — Апокалипсис, в котором так сильно проявилась идея возмездия врагам за несправедливое отношение и притеснения евреев.

Наибольший интерес представляет секта ессеев или эссенов, поскольку их учение обладало чертами, присущими раннему христианству. Об этом свидетельствуют найденные в 1947 г. в районе Мертвого моря в Кумранских пещерах свитки. Общими у христиан и ессеев были идеи мессианизма — ожидания скорого пришествия Спасителя, эсхатологические представления о грядущем конце света, истолкование идеи греховности человека, обрядность, организация общин, отношение к собственности.

Процессы, происходившие в Палестине, были подобны процессам, происходившим в других частях Римской империи: везде римляне грабили и нещадно эксплуатировали местное население, обогащаясь за его счет. Кризис античных порядков и становление новых социально-политических отношений переживались людьми болезненно, вызывали ощущение беспомощности, беззащитности перед государственной машиной и способствовали поиску новых путей спасения. Возрастали мистические настроения. Распространяются восточные культы: Митры, Исиды, Осириса и др. Появляется множество различных объединений, товариществ, так называемых коллегий. Люди объединялись на основе профессий, общественного положения, соседства и т.д. Все это создавало благоприятную почву для распространения христианства.

Источники возникновения христианства

Возникновение христианства было подготовлено не только сложившимися историческими условиями, оно имело хорошую идеологическую основу. Главным идейным источником христианства является иудаизм. Новая религия переосмыслила идеи иудаизма о монотеизме, мессианстве, эсхатологии, хилиазме — вере во второе пришествие Иисуса Христа и его тысячелетнее царство на земле. Ветхозаветная традиция не утратила своего значения, она получила новую трактовку.

Существенное влияние на становление христианского мировоззрения оказала античная философская традиция. В философских системах стоиков, неопифагорейцев, Платона и неоплатоников были выработаны мыслительные конструкции, понятия и даже термины, переосмысленные в новозаветных текстах и трудах богословов. Особенно большое влияние на основы христианского вероучения оказали неоплатонизм Филона Александрийского (25 г. до н.э. — ок. 50 г. н.э.) и нравственное учение римского стоика Сенеки (ок. 4 г. до н.э. — 65 г. н.э.). Филон сформулировал понятие Логоса как священного закона, позволяющего созерцать сущее, учение о прирожденной греховности всех людей, о покаянии, о Сущем как первоначале мира, об экстазе как средстве приближения к Богу, о логосах, среди которых Сын Божий — высший Логос, а другие логосы — ангелы.

Сенека считал главным для каждого человека достижение свободы духа посредством осознания божественной необходимости. Если свобода не будет вытекать из божественной необходимости, она окажется рабством. Только повиновение судьбе порождает невозмутимость и спокойствие духа, совесть, нравственные нормы, общечеловеческие ценности. Сенека в качестве нравственного императива признал золотое правило морали, которое звучало следующим образом: «Обходись со стоящим ниже так, как ты хотел бы, чтобы с тобой обходились стоящие выше». Близкую формулировку мы может найти в Евангелиях.

Определенное влияние на христианство оказало учение Сенеки о скоротечности и обманчивости чувственных удовольствий, заботе о других людях, самоограничении в пользовании материальными благами, недопущении разгула страстей, необходимости скромности и умеренности в повседневной жизни, самоусовершенствовании, обретении божественного милосердия.

Еще одним источником христианства стали процветающие в это время в различных частях Римской империи восточные культы.

Наиболее спорным вопросом в исследовании христианства является вопрос об историчности Иисуса Христа. В решении его можно выделить два направления: мифологическое и историческое. Мифологическое направление утверждает, что наука не располагает достоверными данными об Иисусе Христе как исторической личности. Евангельские рассказы написаны через много лет после описанных событий, они не имеют реальной исторической основы. Историческое направление утверждает, что Иисус Христос был реальной личностью, проповедником новой религии, что подтверждается рядом источников. В 1971 г. в Египте был найден текст «Древности» Иосифа Флавия, который дает основание полагать, что в нем описан один из реальных проповедников по имени Иисус, хотя о чудесах, им совершаемых, говорилось как об одном из многочисленных рассказов на эту тему, т.е. сам Иосиф Флавий их не наблюдал.

Этапы становления христианства как государственной религии

История становления христианства охватывает период с середины I в. н.э. до V в. включительно. В течение этого периода христианство пережило ряд стадий своего развития, которые могут быть сведены к следующим трем:

1 — стадия актуальной эсхатологии (вторая половина I в.);

2 — стадия приспособления (II в.);

3 — стадия борьбы за господство в империи (III-V в.).

На протяжении каждой из этих стадий менялся состав верующих, возникали и распадались различные новообразования внутри христианства в целом, непрестанно кипели внутренние столкновения, которые выражали борьбу за реализацию насущных общественных интересов.

Стадия актуальной эсхатологии

На первой стадии христианство еще не выделилось окончательно из иудаизма, поэтому ее можно назвать иудеохристианской. Название «актуальная эсхатология» означает, что определяющим настроением новой религии в это время было ожидание прихода Спасителя в ближайшее время, буквально со дня на день. Социальной основой христианства стали порабощенные, обездоленные люди, страдающие от национального и социального гнета. Ненависть порабощенных к своим угнетателям и жажда мести находили свое выражение и разрядку не в революционных действиях, а в нетерпеливом ожидании той расправы, которая будет учинена грядущим Мессией над антихристом.

В раннем христианстве не было единой централизованной организации, не было священников. Общины возглавляли верующие, способные воспринять харизму (благодать, сошествие Святого Духа). Харизматики объединяли вокруг себя группы верующих. Выделялись люди, которые занимались разъяснением учения. Их называли дидаскалы — учителя. Для организации хозяйственной жизни общины назначались специальные люди. Первоначально появились диаконы, выполнявшие простые технические обязанности. Позднее появляются епископы — наблюдатели, надзиратели, а также пресвитеры — старейшины. Со временем епископы занимают главенствующее положение, а пресвитеры становятся их помощниками.

Стадия приспособления

На второй стадии, во II в., ситуация меняется. Светопреставления не наступает; напротив, происходит некоторая стабилизация римского общества. Напряженность ожидания в настроениях христиан сменяется на более жизненную установку существования в реальном мире и приспособления к его порядкам. Место эсхатологии, общей в этом мире, занимает эсхатология индивидуальная в потустороннем мире, активно разрабатывается учение о бессмертии души.

Изменяется социальный и национальный состав общин. В христианство начинают обращаться представители состоятельных и образованных слоев населения разных народов, населявших Римскую империю. Соответственно изменяется вероучение христианства, оно становится более терпимым к богатству. Отношение властей к новой религии зависело от политической ситуации. Один император осуществлял гонения, другой проявлял гуманность, если это позволяла внутриполитическая ситуация.

Развитие христианства во II в. привело к полному отрыву от иудаизма. Евреев среди христиан в сравнении с другими народностями становилось все меньше. Необходимо было решать проблемы практически-культового значения: пищевые запреты, празднование субботы, обрезание. В результате обрезание заменили на водное крещение, еженедельное празднование субботы было перенесено на воскресенье, праздник Пасхи перешел в христианство под этим же названием, но был наполнен другим мифологическим содержанием, так же как и праздник Пятидесятницы.

Влияние других народов на формирование культа в христианстве проявлялось в том, что происходили заимствования обрядов или их элементов: крещение, причащение как символ жертвоприношений, молитва и некоторые другие.

В течение III в. происходило формирование крупных христианских центров в Риме, Антиохии, Иерусалиме, Александрии, в ряде городов Малой Азии и других областях. Однако сама церковь не была внутренне единой: среди христианских учителей и проповедников имелись расхождения относительно правильного понимания христианских истин. Христианство изнутри раздиралось сложнейшими богословскими спорами. Появилось множество направлений, по-разному трактовавших положения новой религии.

Назореи (от древнеевр. — «отказываться, воздерживаться») — проповедники-аскеты древней Иудеи. Внешним признаком принадлежности к назореям был отказ от стрижки волос и употребления вина. Впоследствии назореи слились с ессеями.

Монтанизм возник во II в. Основоположник Монтана в преддверии конца света проповедовал аскетизм, запрет повторных браков, мученичество во имя веры. Обычные христианские общины рассматривал как душевнобольных, духовными он считал только своих приверженцев.

Гностицизм (от греч. — «имеющий знание») эклектически связывал идеи античной философии, заимствованные главным образом из платонизма и стоицизма, с представлениями восточных религий. Гностики признавали наличие совершенного божества, между которым и греховным материальным миром имеются промежуточные звенья — зоны. К ним относили и Иисуса Христа. Гностики пессимистически относились к чувственному миру, подчеркивали свою богоизбранность, преимущество интуитивного познания перед рациональным, не принимали Ветхий Завет, искупительную миссию Иисуса Христа (но признавали спасительную), его телесное воплощение.

Докетизм (от греч. — «казаться») — направление, отделившееся от гностицизма. Телесность считали злым, низшим началом и на этом основании отвергали христианское учение о телесном воплощении Иисуса Христа. Они считали, что Иисус только казался облеченным в плоть, а в действительности его рождение, земное существование и смерть были призрачными явлениями.

Маркионизм (по имени основоположника — Маркиона) выступал за полный разрыв с иудаизмом, не признавал человеческой природы Иисуса Христа, по своим основным идеям был близок к гностикам.

Новатиане (по имени основоположников — рим. Новатиана и карф. Новата) занимали жесткую позицию по отношению к власти и тем христианам, которые не смогли устоять под давлением властей и пошли на компромисс с ними.

Стадия борьбы за господство в империи

На третьей стадии происходит окончательное утверждение христианства как государственной религии. В 305 г. преследования христиан в Римской империи активизируются. Этот период в церковной истории известен как «эра мучеников». Закрывались места отправления культа, конфисковывалось церковное имущество, изымались и уничтожались книги и священная утварь, обращались в рабство плебеи, признанные христианами, арестовывали и казнили высших членов клира, а также тех, кто не покорился приказу отречься, оказав почести римским богам. Те, кто уступал, быстро выходили на свободу. Впервые места погребений, принадлежавшие общинам, стали на время прибежищем для преследуемых, где они отправляли свой культ.

Однако предпринятые властями меры не возымели действия. Христианство уже укрепилось в достаточной степени, чтобы оказать достойное сопротивление. Уже в 311 г. император Галерии, а в 313 — император Константин принимают указы о веротерпимости по отношению к христианству. Особенно большое значение имеет деятельность императора Константина I.

В ходе ожесточенной борьбы за власть перед решающим сражением с Макенцием Константин увидел во сне знак Христа — крест с повелением выступить с этим символом против врага. Исполнив это, он одержал решающую победу в сражении в 312 г. Император придал этому видению совершенно особый смысл — как знак избрания его Христом для осуществления связи между Богом и миром посредством своего императорского служения. Именно так воспринималась его роль христианами его времени, что позволило некрещеному императору принимать активное участие в решении внутрицерковных, догматических вопросов.

В 313 г. Константин издал Миланский эдикт, согласно которому христиане становятся под защиту государства и получают равные с язычниками права. Христианская церковь уже не подвергалась гонениям, даже в правление императора Юлиана (361-363), прозванного Отступником за ограничение прав церкви и провозглашение веротерпимости к ересям и язычеству. При императоре Феодосии в 391 г. происходит окончательное закрепление христианства как государственной религии, а язычество было запрещено. Дальнейшее развитие и укрепление христианства связаны с проведением соборов, на которых отрабатывалась и утверждалась церковная догматика.

См.далее: Вселенские соборы

Христианизация языческих племен

К концу IV в. христианство утвердилось практически во всех провинциях Римской империи. В 340-е гг. стараниями епископа Вульфилы оно проникает к племенам готов. Готы приняли христианство в форме арианства, которое господствовало тогда на востоке империи. По мере продвижения вестготов на запад распространялось и арианство. В V в. в Испании его приняли племена вандалов и свевов. в Галин — бургундов и затем лангобардов. Ортодоксальное христианство принял франкский король Хлодвиг. Политические причины привели к тому, что к концу VII в. в большинстве районов Европы утвердилось никейское вероисповедание. В V в. с христианством познакомились ирландцы. К этому времени относится деятельность легендарного апостола Ирландии св. Патрика.

Христианизация варварских народов осуществлялась в основном сверху. В сознании масс народа продолжали жить языческие представления и образы. Церковь ассимилировала эти образы, приспособила их к христианству. Языческие обряды и праздники наполнялись новым, христианским содержанием.

С конца V до начала VII в. власть римского папы была ограничена только римской церковной провинцией в Средней и Южной Италии. Однако в 597 г. произошло событие, положившее начало упрочению римской церкви во всем королевстве. Папа Григорий I Великий направил к англосаксам-язычникам проповедников христианства во главе с монахом Августином. Согласно легенде папа увидел на рынке рабов-англов и удивился сходству их имени со словом «ангелы», что счел знаком свыше. Англосаксонская церковь стала первой церковью к северу от Альп, подчиненной непосредственно Риму. Символом этой зависимости стал паллий (плат, надеваемый на плечи), который присылался из Рима предстоятелю церкви, называвшемуся теперь архиепископом, т.е. высшим епископом, которому делегировались полномочия непосредственно от папы — викария св. Петра. Впоследствии англосаксы внесли большой вклад в упрочение римской церкви на континенте, в союз папы с Каролингами. Значительную роль в этом сыграл св. Бонифаций, выходец из Уэссекса. Он разработал программу глубоких реформ франкской церкви с целью водворения единообразия и подчинения Риму. Реформы Бонифация создали в целом римскую церковь в западной Европе. Лишь христиане арабской Испании сохраняли особые традиции вестготской церкви.

В первой части своего исследования священник Алексий Волчков характеризует внутреннее устройство раннехристианских общин, отвечая на вопрос о том, в какой мере к этому устройству применимо понятие «античной демократии». Вторая часть статья посвящена взаимоотношениям между раннехристианскими общинами.

3. Принцип демократичности в отношениях церковных общин друг с другом

Демократический принцип, реализовавшийся в довольно большой степени во внутренней жизни христианских сообществ, нашел свое воплощение и в том, как разные экклесии строили свои взаимоотношения друг с другом. Уникальность христианского движения в этом случае выражается не только в том, что эти отношения подчинялись демократическим нормам, но, в гораздо большей степени в том, что эти взаимоотношения просто существовали. Имеется в виду то, что, например, мы не можем говорить о демократизме во взаимоотношениях в отношениях друг с другом ассоциаций поклонников Зевса Гипсиста, поскольку этих отношений как правило не существовало. Все религиозные ассоциации Римской империи являлись полностью автономными единицами, которых традиционно ничего не связывало с ассоциациями в других городах. Именно этим фактом можно объяснить факт полного отсутствия каких-либо единых стандартов внутренней организации для ассоциаций, посвященных одному божеству.

С одной стороны, подобная автономность характерна и для раннехристианских общин. До конца II века н.э. мы, действительно, почти не имеем сведений о существовании каких-либо надобщинных структур, регулирующих жизнь экклесий в определенном регионе (митрополия). Каждая экклесия самостоятельно решала основные вопросы, как своего вероучения, так и практики. Этим фактом вполне можно объяснить огромное разнообразие в традициях раннехристианских общин, свидетелем которых оказывается историк античного христианства. Достаточно привести тот факт, что даже в середине II века н.э., когда в христианских общинах города Рима возник спор о дате празднования Пасхи, римскому епископу Аникету (150 (153) — 168 (167) гг.н.э.) не удалось добиться единообразия даже в пределах экклесий одного города (Euseb., Hist.Eccl.,IV,14). Лишь тридцать лет спустя епископ Виктор смог привести римские общины к единообразию в этом, довольно важном вопросе и то ценой крупного раскола, которым руководил пресвитер Власт.

Однако ряд моментов все-таки позволяют нам выделить христианские общины из более широкого контекста античных ассоциаций в том, что касается транслокальных связей. Как нам кажется, изначально в сообществах христиан имелось представление о своем движении как о сети, союзе связанных друг с другом общин. То, что представление о подобной связи автономных по существу общин имелось, свидетельствует ряд фактов.

  1. У христианских общин существовала практика финансовой взаимопомощи (II Cor., 8,1–15; 9,1–5).
  2. Можно упомянуть о практике обмена посланиями и литературными сочинениями, которая существовала среди ранних христиан. Павел пишет в Послании христианам города Колоссы: «Когда это послание прочитано будет у вас, то распорядитесь, чтобы оно было прочитано и в Лаодикийской церкви; а то, которое из Лаодикии, прочитайте и вы» (Col.,4,16). Климент, как считают, епископ римских христиан отправляет Послание к коринфской церкви (1 Clem.), в котором он пытается успокоить те волнения, которые угрожали единству коринфских христиан. Игнатий, епископ Антиохии, по пути в Рим на свой мученический подвиг, считает уместным оставлять общинам тех городов, через которые проходил его маршрут, письма с наставлениями по важным вопросам христианской жизни. Христиане городов Лугдун и Виенна посылают записи о своих мучениках церквям в Асии и Фригии (Euseb., Hist.Eccl.,V,1). Характерно начало этого послания, текст которого сохранен благодаря историческому сочинению Евсевия Памфила, в котором прекрасно выражается идея духовного единства христиан всей экумены: «Рабы Христовы, живущие в Виенне и Лугдуне, в Галлии, братьям в Асии и Фригии, имеющим одинаковую с нами веру и надежду на искупление» (Euseb.,Hist.Eccl.,V,1,3). Мы располагаем обширной перепиской Киприана, епископа Карфагенского и Корнелия, епископа Римского.
  3. Между общинами, придерживавшихся близких взглядов в области вероучения, существовало взаимное признание церковных служений и должностей. Пресвитер из Рима, оказавшись, к примеру, в Эфесе, воспринимался местными христианами как пресвитер.
  4. У разных христианских общин имелось ощущение необходимости поддерживать эти духовные связи, жить братской жизнью вместе с соседними общинами. Все это неизбежно приводило к определенной унификации в области вероучения и практики. Это желание приводит к появлению к концу II века katholike ekklesia, союзу христианских сообществ, охватывавшему все провинции Римской империи. Решение по определенному вопросу, принятое одной из общин, немедленно сообщается другим экклесиям с тем, чтобы оно было принято и там (например, вопрос о монтанистах, о дате празднования Пасхи, о судьбе отпадших во время гонений и т.п.). При этом основным доказательством верности принятого решения является рецепция его большинством других общин. Тертуллиан пишет: «То же, что у многих оказывается единым, – не заблуждение, а предание» (Tertull.,De praescr.haer.,XVIII). Необходимость иметь разным общинам concordia друг с другом часто подчеркивается Киприаном Карфагенским.
  5. Внешним выражением этой духовной связи служило обязательное участие представителей соседних церквей в выборах епископа, а затем в поставлении его (Euseb.,Hist.Eccl.,VI,43; Can.Apost.,1; 4 канон Никейского собора). То есть в выборах своего епископа свобода отдельной церкви была ограничена мнением представителей других церквей.

Подобное ощущение внутреннего духовного единства, присущего большинству христиан, а также необходимость сообща решать важные вопросы вызвала к жизни практику церковных соборов, совещаний представителей разных общин по волнующим всех проблемам. Коллегиальность и демократизм, свойственный христианской экклесии нашел свое выражение и в отношениях между церквями. Игнатий советует Поликарпу созывать sumboulion в Смирне для решения острых вопросов внутренней жизни христианских общин (Ignat.,Polyc.,7,2). Х.Хесс считает, что у христианских общин изначально существовала традиция «случайных и нерегулярных встреч представителей соседних церквей, причем принятые решения в форме писем сообщались соседним церквям».

Церковные соборы, появившиеся в начале II века н.э. можно считать проявлением демократических тенденций в раннехристианском движении. Античные традиции народных собраний, свобода в отстаивании своего мнения, равенство всех сторон в обсуждении вопроса, поиск компромисса – все это нашло свое выражение в практике церковных соборов. А.Лебедев абсолютно справедливо пишет: «Отцы являлись на собор без всяких предвзятых намерений, и оппозиционная сторона рассматривалась как полноправная, с которой следовало спорить, подчас и соглашаться, а не осуждать безапелляционно». Киприан так описывает ход соборных заседаний: «В этом деле (о крещении еретиков. — А.В.) мы никого не принуждаем, никому не даем закона, потому что всякий предстоятель свободен управлять своею Церковью, имея дать отчет в своем действовании Богу». (Cypr., Ep. XIL). Решение, принятое на соборе, нуждалось в «рецепции» со стороны каждой из общин, посылавших своих представителей на межцерковные совещания. То есть собор, «внешняя» по отношению к экклесии структура, изначально не должна была оказывается угрозой внутренней свободе общине. В.Болотов приводит такую формулу принятия решений на соборах: «Testimonio et sententia cleri, conscientia populi praesentis, suffragio plebis assistentis».

Практику церковных соборов нужно считать одним из важнейших факторов конечного успеха христианского движения. В жестокой конкуренции, которая шла между разными религиозными движениями за сердца жителей Римской империи, общины «Великой церкви» оказались теми, кто смог найти баланс между автономностью каждой общины и взаимосвязанностью всех вместе в одно целое. Практика межобщинных совещаний способствовала консолидации общин, выработке единых вероучительных и канонических норм. В конечном счете, это приводило к тому, что религии – конкуренты оказывались менее организованными, менее устойчивыми перед опасностью внутренних распрей и разделений, чем церковное христианство, а в условиях жесткой конкуренции они неизбежно проигрывали единой и достаточно организованной katholike ekklesia.

Однако ценнейший баланс между свободой отдельной общины и важностью общего решения нарушается, начиная с IV века н.э. Крен в сторону «монархических» элементов обуславливается, как кажется, двумя факторами: вмешательством государственной власти в дела христианских общины и развитием «надобщинных» структур (митрополия и патриархат). Следствием этого являлось то, что отдельная община почти полностью лишалась каких-либо рычагов влияния итоговое соборное решение.

4. Роль женщин и рабов в жизни раннехристианских общин:

Римский юрист Домиций Ульпиан в своем сочинении «Ad Sabinum» следующим образом характеризует роль женщин в гражданской жизни коллектива: «Женщины отстранены от всех гражданских или общественных должностей и посему они не могут быть ни судьями (nec iudices esse), не могут нести магистратуру (nec magistratum gerere), ни возбуждать иск против кого-либо, ни вмешиваться в судебный процесс, ни являться чьим-либо представителем на суде» (Dig.,L,17,2). Ульпиану вторит Ливий, вкладывая в уста консула Луция Валерия следующие слова: «Государственные и жреческие должности, триумфы, гражданские и военные отличия, награды за храбрость, добыча, захваченная у врага, – всего этого женщины лишены. Украшения, уборы, наряды – вот чем могут они отличаться, вот что составляет их утешение и славу и что предки наши называли их царством» (Liv, XXXIV,7,8-9).

Мы далеки от того, чтобы описывать положение женщины в античном мире в сугубо мрачных красках: женщины были заведомо поражены в некоторых важных правах, что, однако не мешало им подчас оказывать довольно сильное влияние на современное им общество, пользуясь, правда, немного другими средствами, нежели мужчины-граждане. В настоящем исследовании для нас единственно важным является то, что женщины принципиально не могли быть полноправными участниками современных им гражданских коллективов. Причем, если рассматривать юридическую сторону дела, разница между греческими полисами и римскими civitas окажется минимальной – везде гражданская власть находилась в руках мужчин.

Сопоставляя те возможности, которые предоставлялись женщинам в городских общинах и в частных микросообществах, мы легко убеждаемся, насколько внутренняя жизнь ассоциаций оказывалась более демократичной. Женщины были не только равноправными членами частного союза, но нередко и носителями определенных магистратур.

Вопрос о положении женщин в христианских общинах последние полвека является довольно популярным в научных исследованиях, посвященных истории раннего христианства. В настоящее время мы имеем дело с двумя крайними позициями в оценке роли женщин в экклесиях. Множество исследователей видят в христианстве «эгалитарное» религиозное движение, предоставляющее женщинам несравненно больше прав, нежели современное общество. С другой стороны, ряд ученых склоняется к тому, чтобы считать христианское движение не более «революционным», чем само общество.

Как нам кажется, было бы опрометчивым видеть в раннехристианских экклесиях полное равноправие мужчин и женщин. Для него в те времена не существовало никаких социально-экономических предпосылок. Однако смеем утверждать, что права женщин в общинах поклонников Иисуса Христа часто превосходили те права, которые предоставляло женщинам окружающее общество.

  1. Прежде всего, пример основателя христианского движения, Иисуса Христа, не мог не оказывать своего влияния на практику его последователей. На фоне патриархального, мужецентричного общества отношение Иисуса к женщинам может показаться радикально новым. Причем, что немаловажно, это отношение не остается всего лишь абстрактной философией, но влияет на социальную практику самого Иисуса и первых христиан. Так, прежде всего, Иисус видит в женщинах полноправных учениц. В странствиях Иисуса сопровождает большая группа последовательниц (Мария Магдалина, Мария, мать Иакова и Иосии, и Мария, мать сыновей Зеведеевых, Мария Клеопова – Mt.,27,55-56). Однако, заметим, круг двенадцати апостолов состоит исключительно из мужчин. Иисус допускает возможность того, что женщина при известных обстоятельствах может быть проповедником. Галилейский проповедник учит, что в отношении к Богу тот, какой у человека пол, не играет особой роли. Например, в притчах Иисуса именно женщины часто оказываются примером для подражания и образцом веры (Lc.,15,8-10; 17,35; 18,1-8).
  2. В ранней церкви женщины являлись полноправными членами общины. Никакое свидетельство не позволяет нам говорить о том, что община, принимающая определенное решение, опиралась исключительно на голоса или мнения мужчин (например — «во епископа да поставляется избранный всем народом» Apost. Trad.,1). Это контрастирует не только с правами женщин внутри городских коллективов, но и выделяет общины христиан из среды некоторых религиозных ассоциаций античности. В действительности, многие религиозные союзы были сугубо мужскими клубами. Например, М.Клаусс, анализируя эпиграфические памятники, оставленные поклонниками бога Митры, обнаружил на них 997 имен, из которых ни одно не принадлежала женщине. Ю. Устинова, исследуя фиасы города Танаис, также не находит в надписях, оставленных этим союзом, ни одного женского имени.
  3. Женщины не просто могли быть полноправными членами христианского микросообщества, но и довольно часто обладали определенными служениями.

Имеются основания полагать, что женщины могли быть лидерами местной общины. Так, Второе послание апостола Иоанна обращено к «избранной госпоже и детям ее» (2 Io.,1). Исследователь Б.Лютер полагает, что уже упомянутые христианки Еводия и Синтихия являлись лидерами церкви города Филиппы. Заметим, что период, во время которого женщины являлись «лидерами» христианских сообществ, был довольно непродолжительным. Так, мы не знаем ни одного женского имени II – III веков, которые имели бы такое влияние в ортодоксальных общинах, как у вышеупомянутых христианок апостольского времени.

Действительно высокое положение в некоторых христианских общинах, однако, имело свои пределы. Раннехристианское движение развивалось в патриархальном мире, основными «агентами» в котором все же являлись мужчины. Это не могло не оказывать определенного влияния не положение женщин в христианской общине. Почти не вызывает сомнения тот факт, что женщины как правило не могли быть «предстоятелями» общины, то есть теми, кто возглавляет собрание во время священной трапезы, евхаристии. Самым ярким примером, иллюстрирующим положение женщин, может быть уже упомянутое нами послание к Филиппийцам. Очевидными лидерами общины, как было показано, являлись Еводия и Синтихия, но в Флп.1.1 Павел обращается не к ним, а к официальному руководству общины, как раз и выполнявшему предстоятельские функции, к «епископам и диаконам» (Ph.,1,1).

Однако даже в период активной «институциализации», имевшей место в христианских общинах во II – III века н.э., когда происходило оформление трехсоставное иерархической структуры церкви, женщины не были отстранены от доступа к церковным магистратурам. В перечне церковных должностей нашли свое место и те, которые была специально предназначены для женщин. Речь идет о служении диаконисс (diaconissa, diacona) и вдовиц (chera, vidua). Обязанностью диаконисс было «служить женщинам… для успокоения помысла нечестивых», то есть выполнять функции диакона-мужчины, которого «в некоторые дома нельзя послать к женщинам» (Apost.Const.III.15). Диакониссы обязаны «извещать, посещать, услуживать, служить» (Apost.Const.III.19). Она «ничего не совершает из того, что делают пресвитеры или диаконы: она стережет двери и служит пресвитерам при крещении женщин, для благоприличия» (Apost.Const.II.57;VIII.28). Служение вдовицы состояло в том, что они «надеялись на Бога и пребывали в молениях и молитвах день и ночь» (1 Tim.,5,3-16).

Однако, если в II – III веках н.э. участие женщин в церковной жизни в общинах, принадлежащих к «кафолическому» направлению, находит все больше препятствий, то «гетеродоксальные» сообщества остаются верными демократическим традициям более раннего времени. Например, Марцеллина, последовательница гностика Карпократа, развила в Риме успешную миссионерскую деятельность по распространению идей своего учителя. Ириней говорит, что она «увлекла многих» (Irenaeus, Adv.Haer.I.25.6). В общине гностика Марка женщинам было позволено совершать евхаристию (Irenaeus, Adv. Haer. I.13.2). Тертуллиан возмущается: «А сколь дерзки сами женщины — еретички! Они осмеливаются учить, спорить, изгонять духов, обещать исцеление, а может, даже и крестить» (Tertull.,De praescr.haer,41). В движении монанистов женщины допускались к пророческому служению (Euseb.,Hist.Eccl.,V,14,1; 16,13-19; 17,1-5; 18,3,13).

Демократичность раннехристианского движения проявляется и в том, какую роль в жизни общины играли рабы. Прежде всего, обратившийся раб воспринимался как полноценный брат или сестра, его статус почти никак не влиял на его жизни в экклесии.

Нигде у раннехристианских авторов нет сообщений о том, что права христианина в общине определялись степенью его свободы. Рабы были участниками всех таинств и могли в редких случаях становиться клириками и даже епископами (в качестве примера можно привести римских епископов Пия (140-155 гг.н.э.) и Каллиста (217-222 гг.н.э.)). Одно из постановлений канонического сборника «Апостольские правил» (Canones apostolicae) напрямую запрещает поставление в клир рабов без согласия их хозяев, поскольку это приводит к «огорчению владетелей их» и «расстройству в домах» (Can.Apost.,82). Однако само существование этого постановления однозначно говорит в пользу того, что имелась противоположная практика, с которой данный канон как раз и боролся. Невозможно не упомянуть и свидетельства Плиния Младшего, который сообщает Траяну о том, что две рабыни-христианки, которых он допрашивал под пыткой, назывались «служительницами» (ministrae dicebantur) (Plin.,Epist.X.96).

Отношения хозяина и раба, являвшихся членами одной христианской общины, могли приобретать такие формы, которые были бы затруднительны в ином контексте. Упомянутый епископ Каллист (217-222 гг.н.э.) разрешил знатным христианкам вступать в брачные неофициальные отношения с рабами, при этом считая эту связь полноценным браком (Hipp.,Ref.,IX,12,24). В подобном решении папы Каллиста Х. Гулзов видит однозначное признание «полноправия рабов помимо литургии и цирковой арены «.

5. Заключение

Наш обзор позволил обнаружить важнейшую роль демократических традиций в жизни раннехристианских общин. Христианская экклесия, действительно, являлась сообществом равных, в котором различия гендерные и социальные играли несравненно меньшую роль, нежели в окружающем мире. Те, кто был отвергнут городскими сообществами от полноправного участия в жизни гражданского коллектива, находили возможность принимать решения, иметь различные должности внутри христианских сообществ. В христианской трапезе наряду с мужчинами участвовали женщины и дети, евхаристия последователей Иисуса Христа не ведала различия на свободных и рабов. Лидерами общин иногда становились рабы, свои особые магистратуры имели женщины-христианки.

Внутренняя демократичность, однако, едва ли являлась исключительным свойством христианских союзов, демократизм характеризовал все частные ассоциации Римской империи – полисные традиции, в некоторой степени вытесненные из реальной политической жизни, брали реванш в непубличной жизни религиозных и профессиональных объединений.

Однако было бы ошибочным видеть в церковном демократизме простое заимствование традиций, к примеру, радикальной афинской демократии. Мы имеем дело, скорее с адаптацией полисного демократизма, пересмотром некоторых его элементов при сохранении верности главным.

  1. Первое важное отличие, которое мы обнаружили, состоит в практически полном отсутствии принципа ротации церковных магистратур. Епископ, пресвитер выбирались общиной, однако, смещение их могло быть следствием лишь определенного проступка со стороны служителей (гетеродоксия, отступничество или недопустимое с точки зрения нравственности поведение). В случае же поведения, соответствующего норме, срок служителя в экклесии оканчивался лишь с его смертью. Таким образом, авторитет церковного магистрата являлся изначально в некоторой степени «эмансипированным» от власти церковного собрания. Община, выбирая своего лидера, как бы «делегировала» ему часть своей власти. Подобное распределение власти, с одной стороны уменьшала градус «внутриполитической» активности христиан, направляя их энергию по другим направлениям. При этом власть «отцов» обеспечивала жизнь экклесии чрезвычайно важными для любого социального организма элементами – преемственностью и верностью своим устоям.
  2. Каждая христианская экклесия I – II вв.н.э. являлась автономным и самоуправляемым сообществом. Однако свобода экклесии изначально ограничивается со стороны traditio, того набора вероучительных и канонических истин, который община получила или от своего основателя, или от старшего поколения христиан. Также абсолютной свободе христианской общины препятствовали соседние экклесии, а кроме того — церковные магистратуры, которые с самого начала обладали тенденцией к «эмансипации» от воли populus (plethos).Нам представляется чрезвычайно важным для понимания самого христианского движения I – III вв.н.э. учитывать его демократический характер.
  3. Как и любая демократия, демократия церковная имела своих врагов. К числу их можно отнести авторитаризм епископов, элитаризм членов клира и то, что современные социологи называют гендерным шовинизмом. Еще одной угрозой демократическим традициям можно считать растущее равнодушие церковных масс. А.Гарнак пишет следующее: «Пренебрегая своими обязанностями, христиане теряли свои права – этим путем всегда двигалось превращение демократии в аристократию». Если народные выборы епископа для церкви начинают угрожать единству общины, оказываются способом подтвердить свой общественный статус или добиться оного, то, действительно, было здравым решением передать вопрос о выборах епископов в руки митрополита и лидеров соседних церквей. К сожалению, уже с конца III века н.э. эти антидемократичские элементы начинают все сильнее заявлять о себе. Но еще долгое время церковные общины оставались, наверное, последними носителями полисных демократических традиций в окружающем их варварском или византийском мире.

С.Доу, исследуя внутреннюю организацию восьми сообществ поклонников египетского бога Сараписа, отмечает, отсутствие сходства в организации «насколько это можно увидеть, даже между двумя из них» (Dow S.The Egyptian Cults in Athens // HTR Vol. 30. 1937. P. 1191)

Р.Асков рассматривает как христианские экклесии, так и античные ассоциации как «локальные группы» с ограниченными транслокальными связями (locally based groups) (Ascough R. Translocal Relationships among Voluntary Associations and Early Christianity // Journal of Early Christian Studies. Vol. 5:2. 1997. P. 223–241

Д.Ла Пиана понимает под «кафолической церковью» союз общин, которые «обладали единством в существенных частях своего вероучения и определенным уровнем единообразия в своей организации и практике» (La Piana G. The Roman Church at the End of the Second Century. The Episcopate of Victor // The The Harvard Theological Review. Vol. 18, No. 3. 1925. P 201). А.Гарнак пишет о «крупной противогностической конфедерации», которая сложилась на просторах Римской империи во втором веке и объединяла экклесии, придерживавшиеся традиции церковного христианства (Гарнак А. Церковь и Государство вплоть до установления государственной Церкви // Раннее Христианство: В 2 т., 2001. T.1. C. 319).

Лат. Ceterum quod apud multos unum inuenitur, non est erratum sed traditum

Hees H. The Early Development of Canon Law and the Council of Serdica. Oxford, 2002. P. 10

Лебедев А. П. Указ. Соч.. С. 179

Болотов В.В. Лекции по истории древней Церкви. Тт. 1-4. Петербург, 1907-1918. Т. С. ???

Ustinova J. The «Thiasoi» of Theos Hypsistos in Tanais // History of Religions. Vol. 31. No. 2. 1991. P. 150-180

Переведённая статья
Текст этой статьи является переводом статьи Christianity на английском языке и, возможно, содержит лишь минимальные правки содержания. В статье не в полной мере раскрыта сторона вопроса, интересная для русскоязычных читателей.

Христианство является самой распространённой монотеистической религией, и относится к религиям авраамической традиции. Сформировалось из культа, возникшего в I-II веке в рамках иудаизма.

Далее христианство разделилось на разнообразные секты, которые почти настолько же отличаются друг от друга, насколько они отличаются от нехристианских религий; это можно наблюдать на примере католических церквей со свойственной им обширной ритуальной составляющей, и более скромных протестантских церквей. Центральный принцип христианства состоит в том, что Иисус Христос является Богом (а именно, владеет божественной, а не человеческой природой), который воплотился на Земле в виде «сына Божьего», чтобы принять страдания и умереть, взяв на себя наказание за грехи людей. Вопрос греха объясняется в Библии как употребление Евой запретного плода древа познания 7000 лет назад или около того. Согласно с законом Мойсея, каждый, кто верит в сына Божьего, может, приняв это, жить на стороне Бога на небесах в вечной загробной жизни. Все остальные будут подвержены Богом вечным пыткам.

«Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий, верующий в него, не погиб, но имел жизнь вечную»

— Иоанна 3:16

Происхождение и ранняя история

Христиане утверждают, что их религия возникла внезапно вследствие вознесения Иисуса на небо. Хотя это и может быть верно в их понимании, но они стремятся приуменьшить значение того факта, что христианство является продолжением многовековой иудейской теологии, смешанной с эллинистической мифологией в «таинственную религию Иисуса», описанной Павлом в его подлинных посланиях Нового Завета (с 52 по 58 гг.н.э.).

Позднее (около 65-80 гг.н.э.) Евангелие от Марка предоставило некоторые детали служения Иисуса, опирающиеся, предположительно, на устную традицию. Два других сводных евангелия, Матфея и Луки (около 70-100 гг.н.э.), по крайней мере частично основаны на Евангелии от Марка, в то время как Евангелие от Иоанна существенно отличается в отдельных деталях, касающихся жизни Иисуса, владея совместно с другими Евангелиями менее чем одной десятой собственного материала. Деяния апостолов были написаны примерно в это же время с целью представить историю духовенству из предполагаемых учеников Иисуса, с особым акцентом на Петра и Павла.

Христианские авторы написали значительное число книг на протяжении первых веков н.э. Большинство из них мошеннически относились к устоявшимся традициям в надежде, что они получат доверие, хотя многие из них были признаны недостоверными ещё в древности. Многие из этих более поздних авторов внесли элементы греческой философии (в частности, неоплатонизм) в христианство, которая сделала большой вклад в последующие ничтожные споры вокруг тонкостей теологии, которые более никто не мог даже понять.

Раннее христианство не столько обязано проверяемой истории, сколько попыткам решить эти споры с помощью дебатов вокруг каноничности, теологии и других доктрин. Инакомыслию в церкви был положен конец, после принятия символа веры на Первом Никейском Соборе, который был созван по приказу императора Константина I в 325 г. А в 380 г. христианство приобрело статус официальной религии Римской Империи.

Вероучение

Прежде всего, христианство является верой в то, что Иисус был Богом во плоти и что он:

«…был зачат Святым Духом, рождён Девой Марией, страдал при Понтии Пилате, был распят, умер и погребён, сошёл в ад, в третий день воскрес из мертвых, восшёл на небеса и восседает одесную Бога Отца Всемогущего, оттуда придёт судить живых и мертвых.»— Апостольский Символ Веры

Не считая этого, чем в точности является христианство довольно неясно и при установлении этого имеется сильная зависимость от того, с кем ведётся разговор. Традиционное определение изложено в следующих трёх положениях: Апостольском Символе Веры, Никейском Символе Веры и Афанасиевском Символе Веры; тем не менее, разработаны и другие положения. Писатель Клайв Стейплз Льюис предложил толкование, известное как «Просто христианство», а некоторые евангелические группы используют четыре духовных закона в качестве рабочего толкования с целью миссионерства. Строгость вероучения также весьма разная; Катехизис Католической церкви является в высшей мере систематизированным, тогда как более либеральные и/либо децентрализованные конфессии дают значительную свободу для отдельных верующих, а фундаменталистские конфессии исповедуют очень жёсткие и нравоучительные доктрины (пятидесятники, как обычно, являются особым случаем, ввиду концентрации своего внимания на духовном опыте, вплоть до исключения строгих доктрин).

В разные времена, гностики, катары, протестанты, католики, православные, квакеры, мормоны, универсалисты и многие другие группы были названы еретическими или не христианскими другими христианскими группами. Исторически, в большинстве церквей, ересь была приравнена к предательству, и в ситуациях, когда церковь владела светской властью, дискуссии вокруг доктрины приводили к массовому гонению, пыткам и убийствам. Впрочем, немногие люди были обеспокоены судьбой еретиков тех дней, и никто из имеющих какое-либо влияние им не сочувствовал; по крайней мере, пока никто.

Спасение

Наиболее фундаментальным понятием в христианстве является то, что в связи с несовершенством человечества (заявленного как результат либо природы, либо, буквально или метафорически, первородного греха — акта неповиновения Адама и Евы, первых людей в Библии), спасение, дающееся как Божья благодать, является необходимым для того, чтобы человечество приняло присутствие Бога после смерти. Как именно это должно происходить описано довольно расплывчато ввиду того, что на этот счёт имеются разные утверждения; св. Павел утверждал, что возможно оправдание верой, а не подчинением законам Моисея, а также путём ведения жизни без серьёзных грехов, (хотя он никогда не заявлял, что это были единственные требования к спасению); в то время как автор послания Иакова считал, что «вера без дел мертва» и что она также нужна для того, чтобы продемонстрировать их веру праведностью жизни. Тем не менее, является общепризнанным, что чрезвычайные страдания и смерть Иисуса, которые описаны в Евангелиях, были искуплением за грехи человеческого рода.

Далее поданы некоторые теории по поводу того, что именно следует делать, чтобы спастись:

  • Вера и дела. Католическая и Православная церкви приняли меритократическую точку зрения, заявляющую о спасении через одновременно и веру, и дела (Римо-Католическая церковь также владеет значительными инвестициями в большинстве стран своего влияния). Это означает необходимость веры в жертву Иисуса и вести праведную, нравственную, благотворительную жизнь.
  • Sola fide (только вера). Многие верующие протестанты, с другой стороны, подчиняются доктрине sola fide («только вера»), в которой добрые дела не являются необходимыми для спасения. Некоторые протестанты утверждают, что крещение в церкви необходимо для спасения, тогда как другие придерживаются менее «централизованной» позиции, считая, что для спасения достаточно просто верить; это процесс, известный как «обретение спасения» или «второе рождение».
  • Предопределённость выбора. Это центральный догмат кальвинизма. В кальвинизме люди не владеют свободным будущем; Бог всецело контролирует Вселенную, поэтому Бог единственный, принимающий решения о том, кто спасётся. Следовательно, Бог должен выбрать, кто спасён, а кто нет; те, кто будут спасены, известны как «избранные» и были избраны безусловно, не зависимо от веры или действий каждого конкретного человека. Ныне гиперкальвинизм, на котором основан доминионизм, развил эту идею до её логического предела.
  • Универсализм предусматривает, что жертва Иисуса была достаточной для всех грехов человечества не зависимо от личного признания.
  • Не думать об это слишком много. Многие христиане не вполне понимают, во что они верят; они лишь пытаются прожить жизнь праведно и надеются на лучшее.

Существует немало дебатов вокруг того, если человек обрёл спасение, может ли это спасение быть утраченным ним. Имеются следующие взгляды разных конфессий на этот счёт:

  • Католики и православные верят, что спасение может быть утрачено посредством некоторых грехов, которые не были исповеданы посредством таинства исповеди.
  • Лютеране верят, что спасение может быть утрачено после утраты веры.
  • Методисты верят, что спасение может быть утрачено, если покинуть «путь истинный».
  • Кальвинисты (пресвитериане, конгрегационалисты, некоторые баптисты) верят, что спасение не может быть утрачено («настойчивость святых»). Универсалисты также верят в это, но по совершенно другим мотивам.

Доктрина «настойчивость святых» ничего не утверждает о реальности в случаях вероотступничества, в которых необходимо предполагать, что либо кто-то может отступаться, оставаясь в общении с Богом, либо, в первую очередь, что отступник никогда не был истинным христианином. Много бывших искренних экс-христиан находят последнее обидным, а многие нехристиане рассматривают это как случай неистинного шотландца.

Кроме того, если каждый, кто является «спасённым» не может быть не спасённым, то из этого следует, что они владеют карт-бланшем (неограниченными полномочиями) делать всё, что захотят, без последствий в загробной жизни — несмотря на то, что действительный главный смысл христианства состоит в прощении чьих-либо грехов.

Троица

Большинство христиан и все ортодоксальные христиане принимают концепцию Троицы, в которой единый Бог ЙХВХ существует одновременно в трёх эквивалентных ипостасях — Бог Отец (Бог Старого Завета), Бог Сын (т.е., Иисус, иногда называемый Словом) и Святой Дух (сила, которая защищает и облегчает существование людей Бога на Земле). Точный принцип предполагаемой работы поясняется по-разному в зависимости от конфессии; Мартин Лютер описывал сей процесс, говоря о человеке, играющего три разные роли, Бог Отец создал Вселенную, Бог Сын искупивший людей и Бог Святой Дух, делающий «грязную» работу по последующему спасению людей.

Учение о Троице (тринитаризм) является ортодоксальной точкой зрения и точкой зрения большинства в рамках современного христианства, но это не только точка зрения. В частности, унитаристы обычно признают лишь единую личность Бога (Унитаристы сегодня являются частью Братства унитарианских универсалистов, которое также приглашает политеистов и атеистов), тогда как пятидесятники-единственники рассматривают Иисуса как единственного Бога. Кроме того, некоторые ранние христианские секты отрицали Бога как Отца и фокусировались на Иисусе на подобии Пятидесятников-единственников. Вне христианства концепция Троицы в общем считается кощунственной, политеистической либо, в лучшем случае, бессмысленной.

Библия

Библия или книга еврейских легенд и фольклора с христианским дополнением, в случае христианства означающая ивритский Танах (называемый Старым Заветом) и греческое евангелие Новый Завет (Греческое Евангелие), содержит основополагающие документы религии; тем не менее, взгляды разных конфессий различаются относительно того, что точно там сказано, в каких предположениях следует интерпретировать этот текст и даже чем он является. Католики и православные признают семь книг, которые отвергаются протестантами; это второканонические книги, присутствующие лишь в греческой Септуагинте, но не в ивритском оригинале Библии.

С одной стороны, большинство христианских фундаменталистов придерживаются позиции совершенной точности Библии, согласно с которой все высказывания в Библии следует воспринимать буквально так, как есть, без каких-либо дополнений; другой крайностью является подход «отрывной Библии» (англ. «looseleaf Bible») наиболее либеральных конфессий, таких как унитарианский универсализм, позволяющий сторонникам рассматривать в качестве священного писания всё, что они найдут вдохновляющим . Средняя позиция, принятая ведущими протестантскими конфессиями, а также Католической и Православной церквями, состоит в «непогрешимости Библии»: вере в то, что Библия была написана как религиозный текст, но не как исторический или научный текст, и, следовательно, является вдохновенной в отношении моральных и духовных поучений, но может не быть точной в отношении светских событий и исследований. Католики и православные владеют большей свободой действий в отношении этого, поскольку они не разделяют доктрину протестантов sola scriptura (состоящей в единственности Библии как источника вероучения) и допускают значительную роль высшего церковного духовенства в интерпретации Библии.

Христианство и ересь

Христианство является одной из наиболее раздробленных из всех основных религий, оно содержит тысячи конфессий разных размеров, начиная с более чем миллиардного числа крещённых в Римо-Католическую Церковь и заканчивая малыми религиозными группами, размером с семью.

Самый ранний раскол произошёл ещё до установления христианской церкви, они были следствием личной неприязни между Иоанном, Петром и других первых апостолов с одной стороны и Савлом из Тарса (позднее, «Павел»), который проповедовал более регламентированную теологию, чем она изложена в наиболее ранних биографических повествованиях, таких как реконструированный «источник Q», Евангелие от Фомы и Евангелие от Марка. Кроме того, Павел совершил до сих пор немыслимый шаг проповеди среди не евреев, который повлёк разногласия в отношении обрезания и закона Мойсеева, побудившие созыв Иерусалимского Собора (основания которого были найдены в книге Деяния Апостолов, главе 15).

Дальнейшие противостояния относительно вероучения между такими группами, как ариане, маркиониты и гностики привели к формированию наиболее ранней версии Римо-Католической Церкви под императором Константином, пока позднее трения между Западной Европой и Византийской империей не привели к Великому расколу на Восточное и Западное христианство в XI в. Непризнание Мартином Лютером папского первенства в толковании вероучения привели к Реформации и последующему расколу ввиду того, что Протестантское и Католическое авторитеты не стали предпринимать меры по устранению взаимных разногласий, а начали обвинять друг друга в отклонении от христианства как такового.

Протестантская доктрина «невидимой церкви»,— состоящая в том, что «Единая Святая Соборная Апостольская Церковь» не является физическим, временным учреждением на подобии Римо-Католической церкви, но вместо этого духовно объединённую структуру, не ограниченную временными образованиями,— особенно вдохновляла расколы. В современных Соединённых Штатах, которые были построены на отколовшихся течениях протестантизма с нуля, тенденция раскола является особенно сильной. Большое число церквей (в частности, внеконфессинальный фундаментализм, баптизм и отдельные церкви конгреционализма) являются, в сущности, конфессиями лишь для себя, даже сторонники ведущих конфессий, таких как католицизм и англиканство отрицают авторитет церковной иерархии друг друга, в целом, благодаря возросшему либерализму церковного мышления. Например, раскол на Северный баптизм и Южный баптизм в Соединённых Штатах был из-за рабства и других расовых проблем — Северный баптизм был в целом либо выступал за отмену смертной казни, либо относился к ней нейтрально, тогда как Южный баптизм прибег к активному согласованию рабства с писанием, чтобы обосновать свою позицию, что рабство не только допустимо, но даже необходимо.

Члены ведущих церквей таких как Католическая, Православная и Англиканская церкви иногда говорят о примирении и воссоединении. Хотя полноценной общение не было установлено между Католической, Православной и протестантскими церквями, ведущие протестантские группы установили между собой соглашения, налаживающие взаимное общение; например, Декларация Порво объединяет протестантские церкви во всей Северной Европе, или соглашение между Епископальной, либерально Лютеранской и Объединённой Методистской церквями в Соединённых Штатах. Тем не менее, хотя до формального примирения далеко, многие экуменические (т.е., интерконфессиональные) группы существуют и успешно функционируют на местном уровне.

Христианство для фундаменталиста

Христианство основано на Библии и вере. Такова, по крайней мере, моя версия. Тот, кто на самом деле не является христианином, попадёт в ад.

Чтобы быть христианином моего типа, необходимо заклинать змей, ненавидеть гомосексуалистов, обходить квартиры наподобие Свидетелей Иеговы и Мормонов, кататься в опилках, бормотать на языках, качаться взад-вперёд с закатанными назад глазами, отказаться от игры в карты, танцев и «демона рома», проводить кампании за запрет алкоголя и других наркотиков, жертвовать свои деньги для религиозных телепередач, пороть своих детей (и забрасывать их камнями, если те возражают), делать антисемитские ремарки (аля Пэт Робертсон и Билли Грэм), сжигать CD-диски (в буквальном смысле с участием огня, не в смысле «прожигать» диски, записывая на них информацию) которые изрыгают сатанинские сообщения (которые наиболее интересны каждому), если их проигрывать назад, наблюдать за чёрными вертолётами, проповедовать, что ООН собирается захватить Америку, присоединиться к ополчению, убрать книги о Гарри Поттере из школ, верить, что эти верования являются законом для каждого (поскольку «мы» должны «добиться правды» с Богом) и верить, что существование хотя бы одного не христианина должно угнетать.

Христианская апологетика

Христианская апологетика является учением, направленным на систематическую защиту христианства. Одними из известных христианских апологетов являются Джош Макдауэл, Клайв Стейплз Льюис, Ли Стробел и Папа Бенедикт XVI (в период до того, как он стал Папой, когда он возглавлял Конгрегацию доктрины веры).

Например, в отношении божественности Иисуса, часто утверждается, что «Либо Иисус говорит правду, либо он лжец, либо сумасшедший» (сокращённо, «безумный, злой либо Бог»), аргумент, называемый «трилеммой Льюиса» ввиду наиболее известного его промоутера Клайва Стейплза Льюиса. Другой аргумент, а именно упомянутое ранее Пари Паскаля, является попыткой обмануть Бога и предполагает наличие преобладания преимуществ веры над её недостатками.

Такие аргументы владеют ограниченной силой при обращении людей в христианство. Хотя христианская апологетика может быть полезной для создания видимости того, что она не движется в иррациональном направлении, но вера, основанная на логических аргументах, является объектом атаки логической критики; например, утверждениями о том, что Иисус никогда не ходил по Земле, или что принципиально необнаружимые сверхъестественные сущности не могут повлиять на развитие Вселенной.

Апологеты также обвиняются в использовании логической уловки предположения вывода (т.е., доказывания своих утверждений ссылаясь в ходе доказательства на них же как на истинные), то есть, они предполагают, что их вера действительно является истинной, после чего пробуют обосновать это логически; эта уловка является вариантом ошибки техасского стрелка.

Христианство и религия

Хотя христианство обычно считается религией, любой активно отстаивающий свои убеждения христианин скажет, что христианство это не религия, а «единение (связь) с Богом». Это различие, вероятно, связанно с тем, что «истинные христиане», по всей видимости, владеют искривлённым чувством «истинного единения (связи)».

В рамках продолжения усилий по развеиванию этого «аргумента» можно привести следующее определение из Dictionary.com. Необходимо иметь ввиду, что эти факты в целом несовместимы с религиозными дебатами с фундаменталистами:

  1. система верований о причине, природе и цели Вселенной, в особенности когда рассматривается как сотворение сверхчеловеческим учреждением либо учреждениями, обычно сопровождающиеся религиозными и ритуальными обрядами и часто содержащие моральный кодекс, регулирующий деятельность человека.
  2. специальный фундаментальный набор верований и практик, обычно согласуемых определёнными лицами либо сектами: христианская религия, буддистская религия.

Крестовые походы

В XI в. завоевавшие «святую землю» мусульмане начали гонения христианских паломников, пришедших туда. Одновременно мусульмане приступили к атаке Византийской империи, заставляя императора обратиться за помощью на Запад.

Так началась серия религиозно мотивированных завоеваний, каждое из которых образно описаны как «крестовый поход».

Папа активно привлекал внимание армии обещаниями огромного духовного вознаграждения каждому, кто боролся за Иерусалим. Это произошло в 1099 году и 50 тыс. от «язычников» (мусульмане, евреи и христиане, бывшие в ненужном месте в неудачное время) были убиты, но Он так и не явился (что произошло, если бы Он был где-то под горами трупов). Готфрид Бульонский, первый лидер крестового похода, хвастался, что он ехал на коне через Гроб Господень по колено в крови неверных.

Современные христиане утверждают, что, может быть, крестоносцы не были христианами надлежащего сорта, хоть они и думали, что были. Следует отметить, что так называемые «священные» войны любой религии неизменно проводились в погоне за богатством, территорией либо славой (или, достаточно часто, за всеми тремя).

Интересно, что Четвёртый крестовый поход начался из намерения завоевания «святой земли», но случайно завоёван был Константинополь (который уже был христианским в то время).

Христианство в Азии

Из-за своего постоянного роста христианство занимает особое место в Восточной Азии. Первоначально рассматриваясь в качестве враждебных социальных ценностей, христианство постепенно набирает силу в Восточной Азии в основном вследствие глобализации и восприятия утверждения западных ценностей в результате холодный войны и стремления христианства к расширению, осуществляемого его приверженцами.

Цитаты

«Я люблю вашего Христа. Я не люблю ваших христиан. Ваши христиане настолько непохожи на вашего Христа.» — Махатма Ганди

«Христианство ныне имеет слишком много юристов и слишком мало свидетелей.»— К.И. Хамбро

«Каждый праведный христианин должен ударить Фалуэлла точно под зад.»— Барри Моррис Голдуотер

«Христианство обеспечивает ад для людей, не согласных с вами, и рай для всех ваших друзей.»— Эльберт Хаббард

«Нетерпимость всегда была одним из краеугольных камней христианства — славное наследие инквизиции».— Мэйдлин Мёррэй Охэйр

«Библия — это чушь!» — Corporate Avenger

См. также

If you were looking for this article in the English language, it can be found at Christianity.

  • Иисус Христос
  • Ислам
  • Креационизм

Примечания

  1. Синодальный перевод
  2. Многие верующие «нового рождения» просто проходят короткий курс веры, известный как «молитва грешника», очень сходный с исламской шахадой; другие церкви, такие как Римо-Католическая, имеют более формальные процессы преобразования.
  3. http://bookofconcord.org/lc-4-creed.php
  4. Насколько метафорически следует понимать писание иногда действительно не вполне ясно.
  5. «Церковь субгениев» использует это же правило.
  6. http://www.adherents.com/adh_rb.html
  7. См. Википедию по поводу источника Q.
  8. Данный раздел изложен в специфическом стиле. Повествование происходит от лица гипотетического фундаменталиста.
  9. Нерегулярные отряды вооружённых граждан
  10. Многие исследователи религий, не являющиеся христианами, оценивают оба этих аргумента, независимо от того, являются они значимыми или нет для их логики, основанными на ошибочных предпосылках; трилемма Льюиса предполагает, что Иисус сказал всё то, что ему приписывают, а Пари Паскаля предполагает, что выбор верить является бесспорно верным; учитывая множественность выборов «истинных» путей в рамках одного лишь христианства, многие заявляют, что они являются взаимно исключающими, это может быть сравнено с понятием «долгого выстрела»
  11. По поводу этой ошибки см. также Википедию.
  12. http://dictionary.reference.com/browse/religion
  13. Чтобы не запутаться, следует помнить, что сильный атеизм вообще не является религией.
  14. Цитаты: Карл Иоахим Хамбро (на норвежском)
  15. См. английскую Википедию:

Внешние ссылки

  • Синкретизм — Синкреитзм среди мировых религий; христианство ни в коей мере не уникально.

Кроме того, развивалось и богословие образа. Христиане искали символы, с помощью которых могли бы аллегорически передать оглашаемым истины веры, содержащиеся в Евангелии, оформить помещения для богослужений, чтобы сама обстановка напоминала им о Боге и настраивала на молитву.

Так появился ряд оригинальных раннехристианских символов, о которых и будет дальнейший небольшой рассказ.

1. Рыбка

Самым распространенным символом первых веков была рыбка (греч. «ихфис”). Рыбка являлась акронимом (монограммой) имени Иисуса Христа и, вместе с тем, христианским исповеданием веры:
Иисус Христос Феу Иос Сотир – Иисус Христос, Божий Сын, Спаситель.

Рыбку христиане изображали на своих домах – в виде небольшого рисунка или в качестве элемента мозаики. Некоторые носили рыбку на шее. В катакомбах, приспособленных под храмы, данный символ тоже очень часто присутствовал.

2. Пеликан

С этой птицей связана красивая легенда, существующая в десятках несколько отличных друг от друга вариантов, но очень похожая по смыслу на идеи Евангелия: самопожертвование, обожение через причащение Тела и Крови Христовых.

Пеликаны живут в прибрежных камышах у теплого Средиземного моря и часто подвергаются укусам змей. Взрослые птицы питаются ими и иммунны к их яду, а птенцы еще нет. Согласно легенде, если птенцов пеликана укусит ядовитая змея, то он расклевывает собственную грудь, чтобы причастить их кровью с необходимыми антителами и тем спасти их жизнь.

Поэтому, пеликана часто изображали на священных сосудах или в местах совершения христианских богослужений.

3. Якорь

Церковь – это прежде всего твердое основание человеческой жизни. Благодаря ему человек обретает способность отличать добро от зла, понимает, что такое хорошо, а что такое плохо. А что может быть тверже и надежнее чем якорь, удерживающий на месте огромный корабль жизни в бурном море человеческих страстей?

Также – символ надежды а будущее воскресение из мертвых.

Кстати, на куполах многих древних храмов изображается именно крест в виде древнехристианского якоря, а никакой не «крест, побеждающий мусульманский полумесяц”.

4. Орёл над городом

Символ высоты истин христианской веры, объединяющих все население Земли. Дожил до наших дней в виде архиерейских орлецов, использующихся на торжественных богослужениях. Также указывает на небесное происхождение власти и достоинства епископского сана.

5. Хризма

Монограмма, составленная из первых букв греческого слова «Христос” – «Помазанник”. Некоторые исследователи ошибочно отождествляют этот христианский символ с двулезвийной секирой Зевса – «Лабарумом”. По краям монограммы иногда помещают греческие буквы «а” и «ω”.

Хризму изображали на саркофагах мучеников, в мозаиках баптистериев (крестилен), на щитах воинов и даже на римских монетах – уже после эпохи гонений.

6. Лилия

Символ христианской чистоты, непорочности и красоты. Первые изображения лилий, судя по Песни Песней, служили украшением еще храма Соломона.

По преданию, Архангел Гавриил в день Благовещения пришел к Деве Марии с белой лилией, которая с тех пор стала символом Ее чистоты, невинности и преданности Богу. С этим же цветком христиане изображали святых, прославленных чистотой своей жизни, мучеников и мучениц.

7. Виноградная лоза

Символ связан с образом, к которому в своих притчах часто обращался сам Господь. Обозначает Церковь, её жизненную силу, изобилие благодати, евхаристическую жертву: «Я есмь виноградная лоза, а отец мой – виноградарь…”.

Изображалась на предметах церковной утвари и, конечно, в храмовых орнаментах.

8. Феникс

Образ Воскресения, связанный с древней легендой о вечной птице. Феникс жил несколько веков и, когда ему приходило время умирать, прилетал в Египет и там сгорал. От птицы оставалась только кучка питательного пепла в котором, спустя некоторое время зарождалась новая жизнь. Вскоре из него восставал новый омолодившийся Феникс и улетал на поиски приключений.

9. Агнец

Всем понятный символ добровольной жертвы непорочного Спасителя за грехи мира. В раннем христианстве часто изображался с человеческим лицом или с нимбом (иногда встречался и совмещенный вариант). Позже был запрещен к изображению при иконописании.

10. Петух

Символ всеобщего воскресения которое ожидает всех по Втором пришествии Христовом. Подобно тому, как крик петуха пробуждает людей ото сна, трубы ангелов пробудят людей в конце времен для встречи Господа, Страшного суда и наследования новой жизни.

Существуют и другие раннехристианские символы, которые не вошли в данную подборку: крест, голубь, павлин, чаша и корзины с хлебом, лев, пастух, оливковая ветвь, солнце, добрый пастырь, альфа и омега, колосья хлеба, корабль, дом или кирпичная стена, источник вод.

Андрей Сегеда

Facebook Вконтакте Одноклассники LiveJournal Google+ Вы можете поаплодировать автору (хоть 10 раз)67

Тема 7

Христианство в Средние века и в Новое время

7.1. Раскол христианства (православие и католицизм)

Уже в начальный период своего существования христианство не представляло собой единую в административном отношении церковь. Процесс утверждения Символа веры на Вселенских соборах продемонстрировал серьезные расхождения между западным христианством (католицизмом) и восточным христианством (православием). На территории западной части Римской империи существовала единственная Римская католическая церковь, обязанная своим основанием деятельности апостола Петра, проповедовавшего в Риме и нашедшего там свою мученическую кончину. Во главе этой церкви стоял римский папа (от лат. pappas – отец, отче), в I–II вв. выполнявший небезопасные функции священника римской христианской общины (несколько римских пап были казнены или погибли от рук солдат императора). Позже папа стал римским епископом, а впоследствии получил в свои руки власть над громадными территориями Италии, Галлии, Германии и Англии. В VII в. представителями католической церкви была изготовлена фальшивая грамота (так называемый «Константинов дар»), в которой будто бы римский император Константин I (306–337) в благодарность за духовное наставление и избавление от мучившей его проказы передавал в дар римскому папе в церковное управление всю западную часть империи.

Зародившись в восточной части Римской империи, православие в отличие от католицизма не подверглось жесткой централизации, а представляло собой конгломерат (совокупность) нескольких отдельных церквей, возглавляемых отдельными патриархами. Наиболее уважаемыми и старыми из этих церквей были четыре: Константинопольская (ее патриарх формально продолжал считаться главой всей Восточной церкви), Александрийская, Антиохийская и Иерусалимская (являвшаяся самой древней патриархией на том основании, что первым епископом иерусалимской общины бы Иаков, брат Иисуса). Но просветительская деятельность этих церквей привела к тому, что во многие страны Восточной Европы христианство проникало именно в его православной трактовке. К числу таких стран относились Сербия (кон. IX в.), Болгария (865 г.), Румыния (IV–V вв.) и др. Таким образом, можно говорить о том, что православному крещению подвергались не отдельные страны, а племена, проживавшие на территории будущих суверенных (независимых) государств. Формально эти племена считались независимыми, но признание церковного авторитета одной из православных церквей (как правило, речь шла о Константинопольской патриархии) делало их подвластными, пусть даже в церковном вопросе, Византии. Такая позиция, устраивавшая вождей этих племен на начальной стадии взаимоотношений, переставала их удовлетворять в дальнейшем, когда на племенных территориях начинали складываться отдельные государства, предпочитавшие и в отношении вероисповедания придерживаться независимости. Воспользовавшись кризисом Константинопольской патриархии, связанным с нашествием турок на территорию Византии в XIII–XIV вв., Болгария, а вслед за ней и Сербия предпочли объявить свои церкви автокефальными (независимыми) от остальных церквей православного толка.

Трения между основными направлениями христианского вероучения возникли вскоре после VII Вселенского собора (787 г.), который официально признается сторонниками православной церкви последним Вселенским собором. В основе церковных противоречий лежат не только разночтения чисто догматического характера, основным из которых является дополнение католиками к Символу веры «filioque» (в переводе с лат. – «и от сына»). Смысл этого дополнения состоит в том, что Святой Дух исходит не только от Отца, но и от Сына. Важным фактором окончательно разрыва церквей явились политические причины. Их суть заключалась в противоборстве итальянских правителей и Византийской империи, некоторое время успешно осуществлявшей экспансию на территорию Апеннинского полуострова.

Первым шагом к разрыву стала схизма (церковный конфликт) 862–870 гг., спровоцированная действиями византийского императора Михаила III, который низложил константинопольского патриарха Игнатия и возвел на его место Фотия, бывшего по своим убеждениям абсолютно светским человеком. Римский папа Николай I счел этот момент удобным для доказательства своего могущества и выступил с осуждением нового патриарха и требованием возвращения на патриарший престол Игнатия. Фотий, возмущенный вмешательством римского папы во внутренние дела Константинопольской патриархии, созвал в 867 г. собор, который выступил с осуждением инициативы папы Николая I. Но в этот момент ситуация резко изменилась, поскольку покровитель патриарха Фотия византийский император Михаил III был убит, а взошедший на престол Василий I произвел «рокировку», поменяв действующего патриарха на его предшественника Игнатия (870 г.). Однако и эта кандидатура не устроила римского папу, чему способствовало очередное обострение отношений из-за церковного подчинения Болгарии, которая приняла христианство в его православном варианте, но находилась в сфере интересов католической церкви. Через несколько лет Игнатий умер (879 г.), а на его место вновь взошел Фотий, вынужденный согласиться на взаимовыгодный обмен: римский папа Иоанн VIII отменял анафему (отлучение от церкви), наложенную на Фотия, но взамен получал в свое подчинение Болгарию. Выполнение оговоренных условий договора оказалось односторонним. Фотий с большими торжествами вновь взошел на патриарший престол, но отдавать Болгарию под юрисдикцию римского папы не торопился. В 880 г. на Константинопольском соборе, объединившем патриархов всех восточных церквей, Фотий был оправдан по всем пунктам обвинения, предъявленного римской католической церковью, и был официально признан в патриаршем звании. Этот конфликт, не вылившийся в долгое противостояние, стал «первым звонком» неутихающих противоречий, окончательное обострение которых произошло в 1054 г. и завершилось официальным разделением церквей, отныне разделивших христианство на два различных направления.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Записи созданы 7201

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх